Гештальт и паттерн — 1

Не знаю почему, но многие мои собеседники, услышав определение паттерна, с радостью восклицают «так это же гештальт!». Те, кто разбираются в гештальт-терапии, могут уточнить: «Паттерн — это фигура». Раньше я не особо возражал против таких сравнений. Мне казалось, что гештальт и паттерн идут параллельными дорогами и, в общем-то, описывают одну и ту же реальность похожими способами.Но всё оказалось гораздо интереснее.


Начнём с того, что такое гештальт? С немецкого die Gestalt — образ, фигура, личность. Да, даже так, в том числе и «личность». И именно личность имел в виду Фриц Перлз (основатель гештальт-терапии), когда говорил, что «надо преобразовывать целое, а не части, тогда уйдут проблемы». Для него гештальт был не образом, а личностью. Для образа было введено отдельное понятие — «фигура». Сейчас, однако, модно называть гештальтом всё, что не сводится к сумме своих составляющих, некую сущностную целостность. Но если бы предметом психологии являлся каждый целостный образ, то психотерапевты превратились бы в искусствоведов и литературных критиков.Основной тезис гештальт-терапии: «Личность не сводится к сумме своих свойств». И уникальные методики и результаты, полученные из этой предпосылки, создали целую научную ветвь психологии. Здесь в центре внимания находится именно личность, а фигура (целостный образ) и фон (снятая фигура) — лишь инструменты работы с целостной сущностью. Более того, отделить восприятие множества фигур от личности (от Гештальта) нельзя. Именно личность наделяет образы чем-то более глубинным, более целостным. Без субъекта ни фигуры, ни фона не было бы. Была бы некая среда, объективная реальность, не возмущенная нашими наблюдениями.

Собственно, этого абзаца уже достаточно, чтобы провести демаркационную линию между паттерном и гештальтом. Точнее, паттерном и фигурой из гештальт-терапии! Как видите, уже здесь можно запутаться в определениях. Но я настаиваю на том, что нельзя огрублять терминологию в угоду популяризации. Мы же здесь  с вами не научной попсой занимаемся, в самом деле! Итак, есть die Gestalt, целостная личность, предмет изучения психологии. Есть фигура, называемая многими «гештальт» (со строчной буквы): целостный образ, не сводимый к сумме своих составляющих. И, наконец, есть паттерн — повторяющий «узор», снятая структура системы, распознаваемая информация. Сравнивать паттерн и die Gestalt некорректно в принципе, как нельзя сравнить вихри в жидкости и поиски смысла. Несопоставимо, однако.Вот теперь можно с чистой совестью говорить о паттерне и фигуре. Найдём сходства и различия по нескольким пунктам.Первое. Распознаваемость (узнаваемость).
Сходство. Группировка явлений (феноменов) по некоторым общим свойствам даёт реальные классы паттернов и фигур. И благодаря общим свойствам мы можем распознать ранее изученный объект и применить к нему наш накопленный опыт.
Различие. Построение паттерна опирается на объективные свойства (независимость от граничных и начальных условий, перемежаемость, устойчивость, самоподобие), фигура строится индивидом на основе субъективных критериев (один увидит зайца, другой утку; одна и та же картина вызывает разные эмоции у разных людей). Даже если нам «не нравится» какой-то паттерн, наши приборы будут фиксировать его. Фигуры, напротив, могут стираться из памяти, коль скоро внутренняя активность личности меняется. Иными словами, распознавание паттерна — результат объективных данных, распознавание фигуры — субъективная установка. Для фигуры распознавание — это своего рода цель. Для паттерна распознание — это средство понять, что «всё сделано правильно» и можно двигаться дальше, изучая систему известными способами. Работа с гештальтом — поиск нового, работа с паттерном — попытка адаптировать старое.Второе. Целостность.
Сходство. Ни паттерн, ни фигуру нельзя свести лишь к их сумме. Они есть целостные единицы изучения реальности.
Различие. Хотя именно гештальт-терапия основана на понятии целостности, оказывается, что процесс разложения на части может принести пользу в плане изучения фигуры. Паттерн, напротив, состоит из вполне конкретных единиц, каждая из которых сама по себе значима. И в большинстве паттернов никакой синергии, никакой особой целостности не возникает. Да, мы задали расположение связей, мы распознали некий узор. Но узор от этого не становится чем-то особенным для реальности. С другой стороны, разъять на части паттерн не составляет труда — вот только и пользы с этого мы не получим. С гештальтом всё наоборот. Могут возразить, что здесь на первый план выходит целостность, но априорным это свойство является только для Гештальта, для личности, для субъекта. Фигура (гештальт в популярном понимании) может и должна быть разложена на части, например в процессе медитации. Это сложный процесс, он не может быть линейным или однонаправленным. Однако погружение внутрь фигуры неминуемо обогащает сознание субъекта. Блуждая внутри гештальта, фокус внимания может открывать скрытые размерности и придавать фигуре совершенно новые очертания. С паттерном такой трюк не работает, ибо паттерн сам есть лишь проявление, сущность которого детерменирована. Разлагая гештальт, мы движемся от явления к сущности. Создавая и наблюдая паттерны, мы имеем представление о сущности (система уравнений, матрица связей) и пытаемся получить желаемое явление (синхронизацию ,автоколебания, узоры).Здесь предлагаю сделать паузу и немного поразмыслить.
Продолжение следует…

Комментарии: