Рефлексия по Гегелю

Как доказать близость понимания рефлексии в психоанализе и в диалектике? Вспомнить, что настоящее бытие «само себя показывает». Поэтому, не мудрствуя лукаво, мы просто приведем цитату из вводного раздела «Науки логики» Гегеля. И добавим немного психоаналитической интерпретации.

Философией овладел рефлектирующий рассудок…. Под ним следует понимать… разделяющий рассудок, который упорствует в своих разделениях. Обращенный против разума, он ведет себя, как обыкновенный здравый смысл.

Здесь видно, как образуется расщепленный субъект, еще не ставший субъектом анализа. И далее:

Знание обратилось вспять, упало на степень мнения.

Анализант видит только симптом, не будучи ещё готовым признать стоящую за симптомом историю («истину»).

Однако этот оборот (т. е. Рефлексия), представляющийся потерей и шагом назад, имеет более глубокое основание, на котором вообще покоится возведение разума в высший дух новейшей философии.

Эту фразу Гегеля можно применить и ко всей философии начала XX века.

Определения рассудка необходимо сталкиваются с самими собою.

Не «между собой», а именно «с самими собою»: конфликт возникает не между 11[1]различными представлениями, а между различными состояниями одного представления.

Но вот в игру вступает второй момент анализа, и противоречия сталкиваются, освобождая субъекта от симптома:

…рефлексия заключается в том, что выходят за пределы конкретного и определяют и разделяют (т.е. анализируют!) его. Но она (рефлексия) необходимо должна равным образом выходить и за пределы этих своих разделяющих определений и прежде всего соотносить их. В стадии этого соотнесения выступает наружу их столкновение.

В самом деле, во время анализа обостряются внутренние противоречия, анализант демонстрирует сопротивление. И тогда аналитик применяет всевозможные окольные методы, выходит за пределы новой конфликтной ситуации, чтобы продолжать анализ, усиливать рефлексию.

Это совершаемое рефлексией соотнесение принадлежит в себе к разуму. Возвышение над указанными определениями, достигающее усмотрения их столкновения, есть великий отрицательный (?) шаг к истинному понятию разума.

Возвышение над определениями для психоанализа означает переход от общения на языке анализанта к общению об особенностях структуры его языка. Коммуникация дополняется метакоммуникацией, когда само общение становится предметом обсуждения. Учитывая, что во время анализа происходит перенос, то уточним: осью дискурса становится структура отношений с авторитетной фигурой.

shchemelev[1]

Наконец, для человека осознание и преодоление внутренних противоречий является необходимым этапом развития.

Противоречие как раз и есть возвышение разума над ограниченностями рассудка и их разрешение.

Более прямых аналогий, на наш взгляд, придумать трудно.

Итак, рефлексия по Гегелю, как и рефлексия в психоанализе является (а) прямым следствием развития рассудка, (б) средством разрешения противоречий, (в) мостом от ограниченного рассудка к целостному разуму.

В заключении необходимо отметить и важное различие. Аналитическая рефлексия отличается от любой другой рефлексии тем, что в ней появляется дополнительная двойственность. В диалектике речь идёт только об одном (внутреннем) противоречии. В психоанализе появляется ещё и противоречие переноса. Субъект анализа расщеплен: психика анализанта содержит два активных полюса (Bw, Ubw); сам анализант находится в единстве и борьбе (сопротивлении) с аналитиком. По мере и в результате анализа оба этих противоречия обостряются, чтобы затем разрешиться.

Оборачивание к себе, к своему внутреннему миру, ведёт к обретению целостности. Целостность позволяет субъекту сбросить оковы инфантильных комплексов, избавиться от привязанности к авторитетным фигурам. А это означает, что и перенос снимает себя, психоаналитик,

Другой, становится отдельным субъектом, как и анализант. Диада распадается, выполнив свою роль.

Читайте также:

Добавить комментарий