Семья и аффектные нарушения у подростков

Согласно концепции стадий человеческой жизни (Э.Эриксон) переходный возраст психологически ориентирован на поиски моделей идентификации, в классическом понимании — связан с регрессией к эдипальному периоду. В любом случае, речь идет о перестройке Эго и формировании новой Самости – личностных ценностей, границ самосознания и т.п.Данные процессы аффективно насыщены: подросток устанавливает новые, принципиально внесемейные связи с миром, что чревато риском непринятия и отчуждения, а порою и страхами исчезновения как личности. Весьма удачно данное состояние отражает название модного шлягера европейской группы «Арабески» 80-х гг.прошлого века — «Юность обжигает пальцы» (Youth burns fingers)._016[1]

В самом деле, отношения со значимыми близкими изменяются, в них появляются новые аспекты и акценты вхождения подростка в мир «большого» общества (взрослых); при этом неизбежны конфликтные сравнения реального собственного Я и окружающих с желаемыми Эго-идеалами, что провоцирует повышенный критицизм, соперничество и даже борьбу за влияние, в том числе, внутри семьи.

Практика и клиническая статистика последних десятилетий указывают на особую остроту аффективных нарушений именно у юношей; возможно, вследствие усиления в процессе воспитания роли матери и женщин вообще; в России, в первую очередь, из-за демографических проблем (гибель мужчин в военных конфликтах; «я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик» — частушка периода Отечественной войны).

Для внутрисемейной структуры таких подростков характерно: наличие доминантной матери и зависимый от нее (или отсутствующий) отец.1416c7aa3e54ee260c7e0e7565d01414045043[1] Ребенок в такой семье, чаще всего – единственный, производит впечатление заторможенного или апатичного существа. Сфера интересов, преимущественно, занятия индивидуального характера: компьютерные игры и коллекционирование. На его столе и в личных вещах – близкий к идеальному порядок, отражающий обсессивный стиль воспитания. Подросток с трудом общается со своими сверстниками, переживает идеи отношения, нередко видит кошмарные сновидения, навязчиво мастурбирует. Иногда соматизация внутреннего конфликта доходит до аутоагрессии: мальчик может расчесать себя до крови,грызет ногти, одежду, постельное белье.

Глубина его эмоциональных состояний обязывает психолога, опираясь на технику холдинга, создать атмосферу безопасности (что в некоторой степени компенсирует дефицит семейного тепла) , обеспечить проговаривание аффективных переживаний. Однако словарный запас подростка, как правило, не столь достаточен для адекватной вербализации его чувств, а потому свободные (словесные) ассоциации могут быть расширены за счет паралингвистических средств выражения: вокализации,жестикуляции,пантомимы, символдрамы. Так, например, в качестве ассоциативного стимула вполне уместно привлечь популярные среди подростков песни и музыкальные композиции; с их помощью подросткам легче найти метафоры собственных тревог, а также отыграть желания и бессознательные фантазии. В свою очередь, раскрепощенный аффект откроет путь к полноценному переносу и углублению психоаналитического процесса.


Комментарии: